Fresher

Лучшее из Рунета за день !
Разместить рекламу

Литвин: главное – не разглашать свои цели


Алена Водонаева берет интервью победителя шестого сезона программы «Битва экстрасенсов» Александра Литвина. Ниже текстовая расшифровка сюжета. Алена Водонаева, телеведущая: Добрый день, дорогие зрители канала Russia.ru. Сегодня четверг, с вами Алена Водонаева, это значит, что приятный сюрприз ожидает вас буквально через несколько секунд. В нашей студии Александр Литвин, экстрасенс и человек, которого, мне кажется, невозможно не уважать. Александр, здравствуйте! Александр Литвин, экстрасенс: Здравствуйте, Алена. Алена Водонаева: Вопрос задам, наверное, сразу же по теме экстрасенсорики. Вот в каком возрасте вы обнаружили у себя этот дар? И как это случилось, не помните? Александр Литвин: Да, вот правильно последняя фраза была: «Не помните». Я не помню. В силу того, что, скорей всего, это произошло в момент моего рождения. Помню я себя с трехлетнего возраста. Ощущение, что я не такой как все пришло позже, где-то в четыре с половиной года. Банальный случай. Меня, как обычного советского ребенка, отправили в обычный советский детский садик. Впервые в жизни я там столкнулся с тем, что, оказывается, не всегда то, что написано на лице соответствует внутреннему содержанию человека. И вот тогда я увидел, что на лице у воспитателя была улыбка очаровательная, а внутри она просто меня не любила. И вот этот перекос между внешним обликом и внутренним сподвиг меня к тому, что я ушел из детского садика и заявил родителям, что я туда больше никогда не приду. Алена Водонаева: В четыре года? Александр Литвин: Да, я просто сбежал. В школе было проще несколько, потому что там уже, если открыто говорить, я научился лицемерить, т.е. я понимал, что человек говорит неправду, что он не такой, но все-таки я понял, что люди все это делают в основной своей массе. И свои внутренние переживания они прячут. Алена Водонаева: А в школе как-то помогали способности такие? Александр Литвин: Нет. Я их там никогда не использовал. Мне просто было в школе неинтересно. Я очень рано начал читать. Очень рано. В пять лет я уже читал достаточно хорошо. И в первом классе меня отправили домой, потому что я читал Фенимора Купера. В школе было достаточно неинтересно. А вот потом я уже учился с удовольствием. Алена Водонаева: А вот какой самый яркий момент был, когда, в какой ситуации проявилась вот эта способность, может быть, ярко? Не просто понимая, как к тебе относятся люди. Александр Литвин: В 10 лет. Мне было 10 лет, когда я впервые понял, что я реально ловлю какие-то необычные ощущения. Это было на пляже 25 июля 1970 года. Я знаю этот день, потому что мне было 10 лет, в этот день исполнилось. Я все время следил за одним маленьким мальчиком, не знаю почему, все время держал его в поле зрения, а потом в какой-то момент он исчез. И я заволновался. Я даже не понял, как пришло понимание того, что он в воде. Нырнул и вытащил его. Это вот первый такой очень яркий момент был. Алена Водонаева: Вы победитель шестого сезона «Битвы экстрасенсов». Что самое сложное было, как специалисту, вот в этих съемках. Александр Литвин: Самое сложное, и тогда на битве, и сейчас, когда я работаю, – это когда приходят люди, родители показывают фотографию своих детей и я должен рассказать им, что случилось. Т.е. я заставляю эмоционально опять их переживать. Этим я наношу им определенную травму душевную. Алена Водонаева: А когда были различные испытания, не тяжело ли было после каких-то других экстрасенсов выполнять задания, не оставляли ли они свою энергетику, не сбивали ли вас вот как раз своим присутствием? Александр Литвин: Нет. Энергетика остается, конечно. Всегда любой человек, экстрасенс или не экстрасенс, не имеет значение, любой человек оставляет за собой информационный шлейф. Но мне это абсолютно не мешает. Алена Водонаева: Т.е. это не сбивает вас? Александр Литвин: Меня это не сбивает. Несколько по-другому могу сказать, я сбивал, конечно. Не намеренно, абсолютно не намеренно. Алена Водонаева: Но понимали, что это происходит? Александр Литвин: Да. Это было. Алена Водонаева: Я знаю, что за восемь месяцев вы предсказали аварию на Саяно-Шушенской ГЭС. Также помогали МЧС, когда вертолет МИ-8 потерялся и помогали искать выживших пассажиров. Вот как вы считаете, экстрасенсорику можно ввести на службу государству и нужно ли это сделать? Александр Литвин: Вы знаете, вот постоянные дебаты о том, существует это или не существует, они решены в Министерстве по налогам и сборам. Так вот у них очень четко там прописано медиумы, спириты, т.е. Министерство по налоговым сборам абсолютно реально и адекватно признает этот вид деятельности, стало быть, признает то, что это существует. А поскольку это государственная структура, стало быть, и государство признает. Алена Водонаева: А как вы думаете, они могут, к примеру, посадить в Думу такого человека? Александр Литвин: Я думаю, что на сегодняшний день, пока еще общество для этого не готово. Но, исходя из того, сколько обращений идет в мой адрес от представителей органов государственной власти и людей, которые очень самодостаточные, я так полагаю, что право на существование этой деятельности есть действительно, и она востребована эта деятельность. Но социум однозначно не готов к официальному восприятию этого. Алена Водонаева: Социум – народ, люди? Александр Литвин: Да, люди. Все мы по отдельности всегда переживаем какие-то вещи, которые невозможно объяснить какими-то физическими процессами. А если в общей массе, конечно, тяжело признать то, что ты не видишь и не ощущаешь. Алена Водонаева: Но интерес к этой теме явно есть, потому что хоть социум может быть еще не готов, но взять, к примеру, ту же самую «Битву экстрасенсов» взапой вся страна смотрела. И рейтинги безумные. Неужели это вот у всех просто какое-то элементарное любопытство? Александр Литвин: Любопытство тоже имеет место, конечно, однозначно. Это очень интересно узнать то, что невидимо. И потом действительно ощущение чуда, ведь хочется чуда. Хочется получить то, что невозможно объяснить законами физики и химии, допустим. Ведь невозможно увидеть энергетику места. Нужно прислушиваться к себе. Ведь наши ощущения даны нам не просто так, как бы бонус какой-то, нет. Это еще одна степень свободы, по большому счету. И когда мы реально прислушиваемся к своим ощущениям внутренним. Как правило, первые ощущения, которые приходят, они ведь правильные. Многие потом говорят, я же ведь думал, что будет так. Алена Водонаева: Да, это уже можно назвать интуицией. Александр Литвин: Почему же я себе не поверил? И вот эта интуиция она в принципе у всех. Алена Водонаева: А развить ее можно как-то у себя? Александр Литвин: Да, я думаю можно. Вы знаете, вот во время своей работы я учусь каждый день. Это можно делать. Другое дело, что у кого-то есть предел определенный. Выбор профессии накладывает на дальнейшую жизнь очень серьезный отпечаток. И если мы неправильно выбрали свою профессию, то потом вплоть до заболеваний развивается, т.е. нет самореализации, стрессы и т.д. и т.п. Как молодые люди очень привязаны к социальным законам, т.е. это законы всеобщей воинской обязанности. И молодой человек 18 лет обязан быть призван на военную службу. Это хорошо, я сам много лет служил. Ни в коей мере я не против этого, я даже за целиком и полностью. Но дело в том, что когда ребенок в 18 лет, вот русская дилемма, либо он идет в армию, либо он поступает в ВУЗ. Как правило, человек выбирает ВУЗ, куда легче поступить. Алена Водонаева: Да, куда легче поступить. Александр Литвин: Тем самым делают стратегическую ошибку в своем дальнейшем развитии. А вот у девушек в этом плане гораздо проще, я могу и на следующий год поступить и позже и т.д. Для молодых людей, конечно, оптимально определиться с профессией еще где-то года за три до окончания школы. Это очень тяжело. Очень часто бывает, что родители своей энергетикой влияют на детей и отправляют в ВУЗы, которые им по энергии родственны, не понимая, что ребенок совершенно другой. Алена Водонаева: У вас два сына. Александр Литвин: Да. Алена Водонаева: Вы много времени им посвящаете? Александр Литвин: В настоящее время не так уже много, конечно. А когда они росли – да, достаточное количество времени. Алена Водонаева: А не сложно было, имея такие способности, воспитывать детей, воспитывать сыновей и следить, когда они там что-то приврали, где-то обманули, где-то двойку получили и замолчали. Использовали ли вы свои способности в том, чтобы вот как-то их контролировать и подлавливать или нет? Александр Литвин: Вы знаете, вот у меня никогда не возникало ситуации, чтобы я их подлавливал на чем-то. Во-первых, меня невозможно обмануть, они это знают с детства. Алена Водонаева: Они знали это? Александр Литвин: Да, конечно. И поэтому у них не было этой потребности. Алена Водонаева: А сейчас, когда они выросли, что вот они думают по поводу вашего рода занятий? Александр Литвин: Во-первых, они понимают, что я этим занимался всю жизнь. 15 лет я служил в армии. Я был начальником Медслужбы. Я лечил людей. Но я лечил их и причины заболеваний все-таки не по медицинским, так сказать, знаниям устанавливал, а именно по энергетическим. Потому что первопричина любого заболевания – это нарушение энергетического баланса, а все остальное – это уже симптоматика. Алена Водонаева: Т.е. это какие-то нетрадиционные методы, можно так сказать? Александр Литвин: Если в современной интерпретации понимать – да, это метод нетрадиционный. А если уходить в истории, то метод получается практический, наиболее традиционный. Потому что насколько позволяет память человечества, социума, первопричины заболеваний все-таки именно в нарушении энергетического баланса. Если посмотреть сейчас племена, которые не обременены нашими знаниями, все-таки они лечат посредством изменения энергетики, т.е. это различные культы религиозные, это шаманизм и т.д. Я нисколько не преуменьшаю возможности современной медицины, а просто если работать в симбиозе с энергетикой, то выздоровление человека происходит гораздо быстрее и на более полном уровне, если устранить энергетическую причину. Алена Водонаева: А почему людям сложно тогда как-то, может быть, заняться как раз самолечением через энергетику, через медитацию даже? Александр Литвин: Сейчас объясню. Самолечение – это не лучший выход их ситуации. Дело в том, что очень мало людей понимают причину заболевания. Причины могут быть разные, начиная от места жительства и заканчивая человеком, который рядом с тобой живет. Ведь бывает, что два человека потенцируют друг друга. Оба здоровы, оба развиваются, реализуются в социуме, в профессии, в детях и т.д. А бывает один человек угнетает другого. И человек останавливается в развитии. Алена Водонаева: И появляются какие-то физические болезни? Александр Литвин: И плюс еще физические недостатки, т.е. разрушение тела уже на физическом уровне. Сначала на энергетическом, потом на физическом. Мы же всегда видим, что один человек хорошо контактирует, допустим, 2-3 человека у него в обществе есть очень хорошие друзья, но совершенно не может контактировать с другим человеком. И практических причин объяснить это нет, там есть какие-то субъективные причины (мне не нравится цвет глаз – это ведь субъективная причина). Т.е. здесь идет конфронтация на уровне энергетик. Не пересекаются они. Алена Водонаева: И может так получиться, что абсолютно два нормальных и здоровых человека, встретившись и создав союз, со своей вот непересеченной энергетикой влияют друг на друга пагубно? Александр Литвин: Да. Но бывают и другие варианты. Алена Водонаева: Бывает и наоборот. Александр Литвин: Бывает наоборот. Бывает муж с женой живут много, много, много лет. Вот один уходит и буквально через 2-3 недели уходит второй. Что происходит? Все говорят, тоска и т.д. А на самом деле происходит то, что люди, которые много, много, много лет живут вместе, начинают обмениваться энергией, чистой рафинированной энергией. И перестают воспринимать эту энергетику из окружающей среды. Вот когда один уходит, второй… Алена Водонаева: Тут вариантов нет. Александр Литвин: Второй уже не может получить эту энергию их окружающей среды, а человека, который давал эту энергию, нет. И тогда уходит и второй. Алена Водонаева: Т.е. своеобразная пища, да? Александр Литвин: Я не скажу, что это пища, но это запас сил жизненных. Вы знаете, есть такие старушки, которые держат кошек дома, собак. Они одиноки. Алена Водонаева: Да. Александр Литвин: Что здесь происходит? Они переключаются на энергетическую подпитку вот от этих животных. Их трудно осуждать, потому что они не могут найти в социуме контакта, кто бы их поддержал. Поэтому они держат этих кошек. Эти кошки, по большому счету, помогают им выжить. Ведь самое страшное наказание – это одиночество. Потому что человек, когда его закрывают в замкнутое пространство и не дают общаться с себе подобным человеком, у человека, допустим, он реципиент энергетический, голод энергетический. Ему плохо. Алена Водонаева: Все равно, может быть, как-то зависит от человека самого? Александр Литвин: Конечно, зависит очень многое. Да, очень много зависит. Есть очень важная веха у каждого человека – это 40-летний рубеж. Мы должны реализоваться как родители. У нас обязательно должны быть дети. Мы должны реализоваться также в некоммерческих партнерствах. У нас должны быть друзья. Если у нас нет к 40 годам друзей и, если, допустим, у нас разрушенный брак, то потом жизнь уже загоняет нас в рамки, когда уже мы не можем управлять ситуацией. Т.е. по идее мы должны выполнить определенную программу. Если мы ее не выполняем к 40 годам, то потом эта программа уже, так сказать, нам дается извне. Алена Водонаева: А это больше находясь в социуме нужно выполнить эту программу или вот это откуда-то свыше, сверху? Александр Литвин: В социуме. Алена Водонаева: Именно в социуме? Александр Литвин: Именно в социуме. Мы должны взаимодействовать с социумом. Мы не видим наших эмоций. Мы не видим их, но наша жизнь ими пронизана. Эмоции практически, я считаю, наиболее главное, что есть в этой жизни. Это вещь, которая не продается, которая не покупается. Но это вещь, которую мы платим за желаемое, за наступление каких-то результатов. Я не знаю, куда они дальше уходят, не знаю. Но реально мы своими эмоциями платим за все, что мы имеем, либо хорошими, либо плохими. Ко мне очень многие люди приходят только потому, что они… Алена Водонаева: Не знают, чего хотят. Александр Литвин: Они не знаю, чего хотят. И вот я им открываю глаза. Во-первых, я смотрю по энергетике, где они более востребованы. Кто-то может быть шикарным навигатором в авиации, на флоте и т.д., а он об этом не знает. Алена Водонаева: Даже не догадывается. Александр Литвин: Да, что это его работа. Т.е. это человек, который может работать в условиях цейтнота с максимальной отдачей. Таких очень мало, но они есть. А он может даже не догадываться. И он свою энергетику использует в таком некорректном виде, как откладывать свои дела на завтра. И когда времени остается совершенно мало (в обрез), вот тут у него происходит эмоциональный взрыв и он за максимально короткое время выдает максимально хороший результат. Т.е. если это человек понимает – его можно направить куда-то для реализации. Алена Водонаева: А есть люди, которые приходят и не то, чтобы не понимают, что хотят, они настолько, может быть, неправильно вообще внутренне устроены, что вы даже не можете с ними работать? И вообще часто ли вы отказываете? Бывает ли такое, что вы просто не хотите принципиально с человеком заниматься и как-то ему помогать, потому что ему это не нужно? Александр Литвин: Бывает, но это достаточно редко. Я все-таки пытаюсь именно свое внутреннее отношение к человеку оставить за дверями своего кабинета. Алена Водонаева: Я недавно была в программе «Позвони, и мы предскажем тебе будущее». Все звонки были от женщин и они спрашивали: «Когда я выйду замуж?». Естественно им говорили, когда они якобы выйдут замуж. Но мне просто интересно, когда к вам с такими вопросами обращаются?.. Александр Литвин: Когда ко мне обращаются с такими вопросами, я реально смотрю этого человека. И я объясняю, во-первых, причины, почему этого не происходит. И потом я говорю, как устранить эти причины для того, чтобы это произошло. Алена Водонаева: Т.е. это, опять же, внутренняя работа. Александр Литвин: И если человек устраняет причины, препятствующие, тогда он выходит замуж. Алена Водонаева: А еще я знаю, что метод вашей работы – это гораздо шире, чем обычная экстрасенсорика. Я вот где-то читала, что вы используете собственные резервы и питаетесь энергией планеты. Александр Литвин: Во-первых, все стихии несут определенную энергию. Если правильно использовать эти энергетики в отношении одного конкретного человека, то его можно сбалансировать. При балансе энергии человек успевает все. И я использую вот эти все моменты, которые окружают нас. Их очень много. На одной передаче это достаточно сложно рассказать. Это действительно очень сложная наука. В принципе я бы ее преподавал с первого класса, потихонечку, поэтапно каждому ребенку объяснял на ОБЖ (основы безопасности жизнедеятельности). Знаете, есть такой предмет. Я бы вел и потихонечку рассказывал, как те или иные природные явления влияют на человека. Кому-то хорошо жить в горах, очень хорошо и будет долго жить. А кому-то просто категорически там нельзя находиться. Если человек это знает, он просто будет выбирать свое место по своей энергетике. Но, к сожалению, эта информация на сегодняшний день достаточно закрытая для людей. И поэтому люди приходят и я им объясняю, как это делать. Вы знаете, что было после «Битвы». Вот интересная такая ситуация. Энергетика накатывала. Вот идет эфир, передача. И начинается он с Дальнего Востока вот это вал больше, больше, больше. Я его очень хорошо ощущаю. Вот когда была программа, я спал практически по четыре часа в сутки и этого было достаточно. 20 часов я работал и не уставал абсолютно. Я еще тогда задумался, насколько меня хватит. На неделю? Неделя проходит, вторая, третья, четвертая, а я совершенно не устаю. Я совершенно не устаю! Алена Водонаева: Это все благодаря энергии? Александр Литвин: Да-да-да. Но люди когда думают о нас. Почему мы должны реализовывать в социуме в плане некоммерческих партнерских отношений? Нужно, чтобы наши друзья нас вспоминали. Без денег, бесплатно, просто из-за того, что мы есть на этом свете, что с нами комфортно, что мы нормальные люди. Алена Водонаева: А вы чувствуете, когда о вас другие люди думают? Александр Литвин: В некоторых случаях, да. Но мне здесь легче, я не спонтанный экстрасенс. Значит, вот по поводу спонтанности. Почему я говорю, что я не спонтанный экстрасенс? Я могу в определенное время, допустим, вот час приема настроить себя и работать, получать информацию. Алена Водонаева: А, вот так. Александр Литвин: Вот когда закончился прием – я выключил, дверь закрыл на ключ и пошел. И все, меня уже ничего не беспокоит в этом плане. А если бы это было действительно спонтанно, то было бы невозможно, допустим, проехать в метро или по площади пройти. Алена Водонаева: Т.е. эти возможности, этот дар можно как включать, так и выключать в определенные моменты? Александр Литвин: В моем случае, да. Алена Водонаева: Ух, ты! Интересно! Ничего себе. Александр Литвин: Я никогда без разрешения не читаю чужие мысли. Алена Водонаева: Правда? Александр Литвин: Да. Алена Водонаева: Даже если очень хочется? Александр Литвин: За редким исключением. Алена Водонаева: Это просто вопрос этики, наверное, больше? Александр Литвин: Наверное, да. Такой объем информации мне просто ни к чему. Алена Водонаева: Но а с чем можно сравнить вот эти ощущения? С чем можно сравнить этот дар, с каким чувством, чтобы наши телезрители и я… Александр Литвин: Как это происходит? Алена Водонаева: Поняли вообще, как это так? Потому что такое не у многих людей. Это удивительный дар. Александр Литвин: Вы знаете, если бы я до конца знал весь механизм получения этой информации. Вокруг море информации. Пронизано все информационным полем. Вот способность зайти в эту «библиотеку» и взять нужную информацию далеко не у всех. Но я могу это сделать. Это происходит по-разному. Иногда знание возникает в голове просто без напряжения, без никакого абсолютно. Я знаю, и все. Но чаще я все-таки готовлюсь определенным образом. Алена Водонаева: Вот у каждого экстрасенса есть некая специализация. У вас вот какая специализация и что у вас лучше всего получается? Александр Литвин: Здесь затрудняюсь по специализации очень четко сказать, что у меня получается лучше. Алена Водонаева: Просто когда я узнавала тоже про вас, мне девчонки сказали, что ваш конек был на «Битве экстрасенсов» – это находить людей. Это поиск. И не только людей. Александр Литвин: Там и испытания были такие, что больше было поиска. Это достаточно легко. Опять же, поиск поиску рознь. Вот, допустим, у меня там было в «Битве» испытание, когда человека нужно было найти в машине, т.е. в металлическом предмете. А для меня это действительно достаточно легко найти человека в металлическом предмете. Я вам открою такую страшную тайну, если бы он был в деревянном ящике – я бы его не нашел. Алена Водонаева: Почему? Александр Литвин: Потому что энергия дерева меня бы просто отсекла. Но поиск все-таки, наверное, это не главное. Лучше всего мне удается все-таки – это корректировка энергетики человека. Алена Водонаева: Было ли какое-то дело, после которого вы были совершенно измотаны? Которое забрало очень много сил? Александр Литвин: Если применительно к «Битве», да. Там был такой случай. Сгорел мальчик в машине, сожгли его, и потом действительно мне было плохо. Я далеко так погрузился достаточно. Я за «Битву» терял 12 килограмм. Тяжело. Дело в том, что, кроме того, что нужно выдать результат за максимально короткое время, а плюс еще очень много отвлекающих факторов, в виде софитов, в виде… Алена Водонаева: Видеокамер. Александр Литвин: Видеокамеры и т.д. Нужно погружаться, а все эти звуки, стуки и т.д. Выходить из этого состояния нужно плавно, а там не получалось плавно. Там нужно быстро загрузиться и быстро выпрыгнуть. И вы знаете, что-то типа кессонной болезни, т.е. кровь закипает, когда быстро выходишь. Тяжелое состояние. Алена Водонаева: Давайте теперь расскажите про то, как работали на таможне. Помогало ли это вам в вашей профессиональной деятельности? И почему ушли оттуда? После «Битвы» ушли, насколько я понимаю? Александр Литвин: Вы знаете, я на «Битву» пошел, когда был в отпуске. Я приехал с младшим сыном, он поступал у меня в МГУ. И вот у меня было свободное время, я позвонил на ТНТ, прошел кастинг достаточно хорошо. Потом сын у меня поступил, я приехал опять домой, вышел на работу. Я четко понимал, что я могу выиграть эту «Битву», но вот изменить свою жизнь, я проработал много лет, т.е. я знал очень многое в таможне и был достаточно неплохим специалистом, и вот принять решение об изменении своей жизни было достаточно сложно. Я не скажу, что я долго колебался. Пять минут, не более того. Алена Водонаева: Уже четко знали. Александр Литвин: Да, но все равно это сложное решение, конечно, было. На таможне чем я занимался. В принципе организовывал таможенное оформление, таможенный контроль на участке границы. Алена Водонаева: Но вы использовали свои способности? Александр Литвин: Да, конечно. У меня очень много есть хороших результатов, в виде задержания различных наркотических веществ, предметов старины, угнанных транспортных средств. Масса. Алена Водонаева: А коллеги знали об этом? Александр Литвин: Очень узкий круг. И потом еще один момент. Я, конечно, использовал в качестве, уже будучи руководителем и начальником отдела, я по энергетике совмещал людей. Т.е. мне нужно было сделать так, чтобы люди ходили на работу с удовольствием, чтобы люди друг на друга оказывали влияние в плане морального, эстетического уровня и т.д. По крайней мере, я вам скажу, такую тайну страшную открою, в моем отделении никто не сел. Что для таможни это очень актуально. Алена Водонаева: А каким видите свое будущее через год? Александр Литвин: Я свое будущее не просматриваю. Я его делаю. Как делал, тот же случай, когда мне нужно было выиграть ту же «Битву», я реально тот случай смоделировал. Алена Водонаева: Т.е. вы изначально знали, что так будет? Александр Литвин: Нет, я его сделал просто. Когда я пришел на эту «Битву», я посмотрел результаты, что показывают люди. Я посмотрел, кто меня окружает, я посмотрел, какая у них энергия. Я понял, что у меня очень высокий шанс для того, чтобы одержать победу, поэтому я начал моделировать эту ситуацию. Т.е. этот выигрыш. Самое главное в моделировании событий – поставить себе стратегическую задачу. Алена Водонаева: Сейчас есть в вашей жизни какая-то цель, которую вы представляете? Александр Литвин: Есть, конечно. Но в моделировании самое главное – не разглашать свои цели. Алена Водонаева: Не раскрывать тайну. Александр Литвин: Не раскрывать. Алена Водонаева: Т.е. я тоже в принципе могу что-то моделировать, представлять, но никому об этом не говорить? Александр Литвин: Нет. Это очень важно, потому что люди своей энергией, своими разговорами, которые после озвучивания вот вашей цели, они растаскивают энергетику. Т.е. она становится менее концентрированной. А здесь нужно бить четко в одну точку. Поэтому лучше молчать, пока результат не будет достигнут. Алена Водонаева: Дорогие телезрители, прислушайтесь к совету. Александр, спасибо вам большое, что вы пришли. Мне очень приятно, что вы удостоили нашу программу чести. Приходите к нам еще. Рада была видеть, рада была познакомиться. Александр Литвин: Очень приятно. Алена Водонаева: Увидимся через неделю. Александр Литвин: Спасибо. Алена Водонаева: До свидания. Александр Литвин: До свидания.
Нравится? Жми:
04.12.2009

Добавить комментарий

Воздержитесь от ненормативной лексики и от оскорблений в чей-либо адрес –такие комментарии будут удаляться.




123, 122, 121, 120, 119, 118, 117, 116, 115, 114, 113, 112, 111, 110, 109, 108, 107, 106, 105, 104, 103, 102, 101, 100, 99, 98, 97, 95, 95, 94, 93, 92, 91, 90, 89, 88, 87, 86, 85, 84, 83, 82, 81, 80, 79, 78, 77, 76, 75, 74, 73, 72, 71, 70, 69, 68, 67, 66, 65, 64, 63, 62, 61, 60, 59, 58, 57, 56, 55, 54, 53, 52, 51, 50, 49, 48, 47, 46, 45, 44, 43, 42, 41, 40, 39, 38, 37, 36, 35, 34, 33, 32, 31, 30, 29, 28, 27, 26, 25, 24, 23, 22, 21, 20, 19, 18, 17, 16, 15, 14, 13, 12, 11, 10, 9, 8, 7, 6, 5, 4, 3, 2, 1